Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Турция и Греция на пороге войны.

Греция и Турция — два члена НАТО — в течение последних месяцев балансируют на грани открытого военного противостояния. Причиной конфликта стали попытки добычи газа в акватории Эгейского моря, которую обе страны полагают своей.


Противостояние продолжительностью в века


История конфликта между Турцией и Грецией насчитывает много веков — со времен Византийской империи. В прошлом веке кульминация конфликта пришлась на 1970-е годы. В условиях «нефтяного шока» 1973 Турция направила в спорные районы Эгейского моря сейсмологическое судно для поиска нефти и газа.


В ответ Греция высадила десант на спорных островах и на Кипре, после чего там произошел военный переворот и в конечном итоге полноценное вторжение турецкой армии у 1974 году.

Амбициозная попытка примирения в начале 1990-х годов сорвалась уже в 1995-м из-за конфликта вокруг спорного острова Имия / Кардак. Ситуация обострилась настолько, что Соединенным Штатам пришлось направить туда свой флот и дипломатов, склонив стороны к переговорам.


В 1999 году Греция и Турция снова пошли на примирение, прежде всего на фоне страшных землетрясений в Афинах и Стамбуле, однако уже в середине 2000-х годов отношения снова испортили многочисленные инциденты на спорных участках границы и провал мирных переговорах по замороженному конфликта на Кипре.


В 2010 году отношения улучшились из-за турецкой внешнеполитической концепции «ноль проблем с соседями», которую активно продвигал тогдашний премьер-министр Ахмет Давутоглу. Но очень скоро, в 2013, 2014, 2015 и 2016 годах, между Грецией и Турцией вновь вспыхивали различные конфликты вокруг спорных островов, а после открытия в Восточном Средиземноморье газовых месторождений в середине 2010-х годов ситуация совсем ухудшилась.

Нынешнее напряжение выходит из давнего спора в отношении морских границ и островов Восточного Средиземноморья и Эгейского моря.


Еще в 1995 году Греция подписала Конвенцию ООН по морскому праву, которая позволяет странам претендовать на собственный континентальный шельф, который находится в 12 милях от побережья.
Греция всегда претендовала на то, что каждый остров в Эгейском море имеет свою 12-мильную зону, а значит это — территориальные воды Греции.


Турция выступала категорически против этого, и не присоединилась к Конвенции, взамен предлагая разделить морское пространство Эгейского моря пополам.


Впрочем, несмотря на то, что большинство островов находятся по ту сторону гипотетической линии, которую в Анкаре предлагали нарисовать, в Афинах отказались от такого предложения.
Чтобы не провоцировать военный конфликт с Турцией, греки согласились формально считать, что у них есть 12 миль вокруг спорных островов, но фактическая территория не выходила за пределы шести миль, то есть была урезана вдвое.

Когда в этом районе нашли газовые залежи, территориальный спор между Грецией и Турцией вспыхнула с новой силой.


21 июля Турция направила сейсмологическое судно к острову Кастеллоризо, что заставило Грецию привести свои ВМС в полную боевую готовность. В следующие 10 дней стороны направили в этот район свои военные корабли и субмарины.


Параллельно развивалась история с незаконным бурением Турцией газовых залежей на шельфе Кипра в богатых углеводородами районах, на которые претендуют греческий Кипр (а за ним Греция) и турецкий Кипр (а за ним Турция).

В конце июля, при активном вмешательстве Евросоюза и Германии, Греция и Турция якобы согласились пойти на деэскалацию. Официальная Анкара приостановила бурение в районе Кипра, но сейсмологические работы у острова Кастеллоризо не прекратились.


6 августа ситуация вновь вышла из-под контроля, когда Греция подписала соглашение с Египтом о делимитации морских границ. Соглашение было ответом на аналогичный договор между Турцией и ливийским правительством национального единства в Триполи.


Для Греции турецко-ливийский договор был незаконным, поскольку он фактически закреплял за Турцией значительную часть кипрского шельфа и спорных островов. Поэтому они решили пойти на подписание зеркальной соглашения с Египтом.


7 августа Турция возобновила бурение газа у Кипра, ссылаясь на «невыполнение Грецией своих обещаний», а через два дня — направила в спорные с Грецией районы Эгейского моря сейсмологическое судно для проведения разведывательных работ.


Это вызвало острую реакцию Афин, которые отправили туда дополнительные военно-морские силы.

Первые стычки

Первый вооруженный инцидент между Турцией и Грецией произошло 11 августа вблизи острова Лесбос, хотя до сих пор неизвестно, что произошло, поскольку каждая сторона рассказывает свою историю.


Турки обвинили греков в том, что те якобы протопили гражданское турецкое судно. Греки же отвергают эти обвинения, а взамен сообщили о столкновении турецкого и греческого кораблей.

Конечно, с позиции Афин, победили они, и турки были вынуждены отступить, а с позиции Анкары все выглядит ровно наоборот.


Безотносительно того, что там произошло, после этого инцидента резко активизировалась международная дипломатия.


Евросоюз провел несколько заседаний министров иностранных дел, однако выработать солидарную конкретную позицию было трудно. Греция настаивала на жестких санкциях против Турции, а также составила свой список. Но Германия выступила против, считая, что это оттолкнет Анкару и только ухудшит ситуацию.

12-13 августа были самыми напряженными днями, когда Греция угрожала применить военную силу против турецкого сейсмологического судна «Oruc Reis», которое все еще проводило разведку в спорных водах в сопровождении пяти-шести военных кораблей, фрегатов и корветов.


В ответ президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган лично обещал «защищать суверенные права и интересы» его страны в случае нападения. Призыв ЕС к деэскалации раз не был услышан, а переговоры между Грецией и США в Вене завершились без ощутимого результата.


Между тем, греческие СМИ сообщили, что в 70 км от столицы заметили турецкие субмарины. Это вызвало тревогу, греки подняли в воздух противокорабельные вертолеты, которые начали патрулировать Эгейское море ежедневно.

Последним эпизодом эскалации противостояния стали недавние заявления премьер-министра Греции Кириакоса Мицотакиса, в которых он пообещал, что парламент примет решение о расширении своих территориальных вод вокруг континентального шельфа с 6 миль до 12 миль в Ионическом море в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву , подписанного в 1995 году.


Это заявление всколыхнуло многих европейцев и американцев, поскольку может спровоцировать реальный военный конфликт. Если Греция получит 12-мильную зону так, как она этого хочет, то сможет претендовать на 71% воды Эгейского моря, оставляя Турции только 8,5%, остальное пойдет под международные торговые маршруты.


Это означает, что большинство турецких кораблей, проплывающих в Стамбул и Измира, будут вынуждены всегда просить разрешение в Греции, что неприемлемо для Анкары.

Греко-турецкий конфликт становится очередным вызовом для мировой архитектуры безопасности.


Греция и Турция отступать не намерены, для них это вопрос принципиальный — крупные нефтегазовые залежи в спорных районах, имеющих сакральное историко-культурное значение.


На стороне Турции выступил Катар — их многолетний союзник. На стороне Греции выступили Франция, Израиль, Египет, ОАЭ — все страны, которые так или иначе имеют коммерческий интерес в газовых проектах Восточного Средиземноморья и противодействуют влияния Турции в Ливии.


Италия, Иран, Россия, Китай и США пока остаются на неопределенных позициях.
Впрочем, Москва и Тегеран склоняются к поддержке Турции, а Вашингтон — Греции и Кипра.

Одним из опасных последствий этого кризиса станет милитаризация Восточного Средиземноморья. Греция, Франция и Египет уже усилили свою военно-морское присутствие в регионе. Турция держит там свои корабли и имеет планы построить военно-морскую базу в турецкой части Кипра.


Ходят слухи о намерениях Анкары развернуть новейшие российские ЗРК С-400 в районах городов Измир и Хатай. В таком случае они закрывают противоракетной зонтиком в 400-600 км всю зону геологических изысканий, зону интересов газового шельфа, а также значительную часть Восточного Средиземноморья и Черного моря.

Евросоюз не имеет единой позиции, а США отказываются играть эту роль в эпоху Дональда Трампа.


С точки зрения Украины, ситуация в Восточном Средиземноморье — это очень большой риск не только для торговых поставок Украиной из Черного моря в Средиземное, но и для европейской архитектуры безопасности, которая ослабляется, давая больше поля для маневра для России, стремится переформатировать ее под свои интересы.

Читайте "Люди" в Google News - переходите и нажимайте ⭐ вверху экрана для подписки
При воспроизведении информационного материала (полностью или частично), опубликованного на сайте «Люди» ludi.com.ua, необходимо обязательно указывать имя автора (при наличии) и источник заимствования. Интернет-ресурсам запрещено воспроизводить информационные материалы «Люди» без активной и открытой для поисковых систем гиперссылки на ludi.com.ua, которая должна быть размещена в самом тексте, не ниже второго абзаца. Фотографии, изображения принадлежат их правообладателям. Все фотографии на этом сайте, авторами которых являются сотрудники «Люди» размещены на условиях лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International. Редакция «Люди» может не разделять точку зрения авторов и не несет за их материалы ответственность. Оценочные суждения не подлежат опровержению и доказательству их правдивости. За достоверность и содержание рекламы ответственность несет рекламодатель. © ТОВ «Люди Медіа», 2020.
Последние Новости